Адвокат Данила Олешко

Невменяемость в уголовных делах

Невменяемость по уголовным делам

Сегодня говорим о невменяемости по уголовным делам.
В статье 19 УК РФ прописаны условия, при которых человек подлежит уголовной ответственности. К таким условиям относится вменяемость физического лица и возраст, установленный кодексом. Если с возрастом всё понятно — по каким‑то преступлениям ответственность начинается с 14 лет, по каким‑то с 16, то вот с вопросами вменяемости или невменяемости дела обстоят сложнее.

Понятие «невменяемость»

Так что же такое невменяемость? В статье 21 УК РФ сказано, что невменяемым признаётся тот, кто во время совершения противоправного деяния не мог осознавать общественную опасность своих действий или бездействия либо руководить ими вследствие хронического или временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики.
Проще говоря, если человек не понимал, что делает, или не мог себя контролировать из‑за психического расстройства — сажать его нельзя. Нужно лечить.
И вот здесь появляется главный вопрос, который беспокоит многих: а как же социальная справедливость? Неужели можно делать что вздумается и не нести никакой ответственности? Об этом далее.

Критерии невменяемости

Наверняка всем интересно, кто и как даёт оценку психического состояния преступника. Признание человека невменяемым — это сложный многоступенчатый процесс.
Чтобы человека признали невменяемым, должны совпасть два условия: медицинский критерий и юридический критерий.
Начнём с медицинского. Для признания человека невменяемым он должен иметь одно из четырёх видов психических расстройств, таких как:
  1. хроническое психическое расстройство;
  2. временное психическое расстройство;
  3. слабоумие;
  4. иное болезненное состояние психики.
Должно быть серьёзное психическое расстройство. Не депрессия, нервы, стресс или трудное детство, а реальные диагнозы: шизофрения, психозы, органические поражения мозга.
Юридические критерии включают в себя два аспекта:
  • интеллектуальный признак (когда лицо не может осознавать фактический характер своих действий);
  • волевой признак (когда лицо не может руководить своими действиями).
Причём даже наличие какого‑либо реального диагноза далеко не всегда означает, что лицо невменяемо. Бывает и так, что диагностируется психическое расстройство, не исключающее вменяемости. Конечное решение будет принимать суд.

Как же проходит процесс признания человека невменяемым?

Судом или другими уполномоченными органами назначается судебно‑психиатрическая экспертиза. Экспертиза должна показать, мог ли человек понимать значение своих действий на момент совершения преступления. То есть даже если с момента преступления прошло какое‑то время, эксперты должны разобраться, в каком психическом состоянии находился человек, а пройти может месяц, год или даже несколько лет назад.
Обычно процесс выглядит так:
Человек совершил какое‑то преступление. В отношении него возбуждают уголовное дело, оно расследуется, собираются доказательства. Если в процессе расследования возникают сомнения во вменяемости обвиняемого, то необходимо произвести судебную психолого‑психиатрическую экспертизу. По ряду преступлений, даже если нет сомнений во вменяемости, всё равно нужно назначать экспертизу в обязательном порядке.
Тогда следователь выносит постановление о назначении экспертизы, формулирует вопросы для экспертов и передаёт им материалы дела, протоколы допросов, сведения о личности и медицинскую документацию.
Если же по каким‑то причинам следователь не назначил экспертизу, и дело уже поступило в суд, а там возникла необходимость произвести экспертизу, то её назначит суд.

Как собирается комиссия и кто в неё входит

Экспертиза проводится комиссионно — несколькими врачами‑психиатрами специализированных учреждений.
Бывают две формы экспертизы:
  • амбулаторная — проходит без помещения обследуемого в стационар и длится от минут до часов;
  • стационарная — лицо помещается в психиатрический стационар и обследуется там несколько дней или недель.
Закон не содержит фиксированного списка вопросов или тестов для признания невменяемости — методика медицинская, но обычно включаются:
  1. Интервью. Эксперты беседуют с человеком, спрашивают его о биографии, о детстве, просят описать какие‑либо события, узнают про текущие переживания.
  2. Наблюдение. Эксперты наблюдают за поведением человека: как он отвечает на вопросы, как он мыслит, как он выражает эмоции и как идёт на контакт.
  3. Психодиагностика. Эксперты проводят психологические тесты, оценивают память, интеллект и логику.
По итогу всех исследований эксперты составляют письменное заключение, где отвечают на поставленные ранее вопросы. Обычно в заключение включается:
  • описание состояния;
  • оценка психического состояния на момент деяния;
  • вывод о вменяемости или невменяемости;
  • рекомендации к лечению, если таковые необходимы.
Заключение передаётся в тот орган, который инициировал экспертизу.
Экспертиза служит доказательством в деле. Экспертиза — только доказательство, а ещё не решение. Решение о признании невменяемым принимает только суд.

Что происходит дальше

Когда уголовное дело поступает в суд, там оценивается заключение и принимается окончательное решение. Если подтверждается, что на момент совершаемого преступления человек не мог осознавать характер совершаемых им действий и руководить ими, то суд может назначить меры медицинского характера — принудительное лечение.

Ограниченная вменяемость

Статья 22 УК РФ даёт нам ещё одно понятие — психическое расстройство, не исключающее вменяемости.
Вменяемое лицо, которое во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности.
К таким состояниям относятся психопатии, олигофрения (дебильность), эпилепсия, шизофрения в стадии ремиссии, маниакально‑депрессивный психоз и другие, если они ограничивали способность лица понимать значение своих действий, но в целом не сделали его невменяемым.
Переводя на простой язык: больной, но не настолько, чтобы уйти от ответственности. Наверное, это самая распространённая форма психических расстройств.
Человека судят, назначают наказание, но с учётом его психического состояния. А при необходимости может быть назначено принудительное лечение. Это компромисс, который государство считает самым безопасным для общества.

Практика

Теперь к реальной практике.
Как‑то раз мне довелось присутствовать на судебном заседании, которое проходило в рамках психиатрической лечебницы, где рассматривался вопрос о прекращении принудительного лечения.
Речь шла о человеке, который ранее был привлечён к ответственности за убийство и вместо наказания был направлен на принудительное лечение в связи с тем, что был признан невменяемым. По мнению врачей, спустя примерно два с лишним года пребывания в учреждении он больше не нуждался в дальнейшем стационарном лечении и мог быть освобождён.
Суд выслушал мнения врачей и принял решение освободить человека. Два года психиатрической больницы, а дальше — полная свобода.
И лично для меня это было самым настоящим открытием. Я задумался: а сколько же таких подлеченных и освобождённых от наказания гуляет на улицах? А если он снова сделает что‑то подобное, его тоже подлечат и отпустят?
Но, как показывает практика, не всё так трагично. Срок нахождения в психиатрической больнице после убийства (при признании невменяемым) не ограничен фиксированным числом лет и зависит исключительно от состояния здоровья. Принудительное лечение длится до тех пор, пока комиссия врачей не решит, что человек больше не опасен. В отдельных случаях эти сроки могут легко превышать сроки тюремного заключения.
То есть нет минимального или максимального срока: пациента могут лечить от нескольких лет до пожизненного срока, если он остаётся опасным для себя или окружающих.
Освидетельствование комиссии врачей‑психиатров проводится каждые 6 месяцев для решения вопроса о продлении или прекращении принудительного лечения.
В зависимости от степени опасности назначается общий, специализированный или специализированный тип с интенсивным наблюдением, что по сути является гибридом колонии строгого режима и психлечебницы.
На практике лица, совершившие тяжкие преступления, крайне редко выходят из стационара раньше, чем через 5–8 лет, а бывает, что остаются там на десятилетия.

Практика

И сразу для тех, кто после этого подумал: «Ну всё, отличный план», — меняем колонию на больничку. Скажу сразу: во‑первых, бывалые люди говорят, что лучше уж в колонию, чем в психушку; а во‑вторых, скорее всего, симулировать расстройство вряд ли получится.
В моей практике был случай с молодым человеком, у которого имелось психическое расстройство в виде лёгкого слабоумия, однако оно не исключало его вменяемости. Несмотря на совершеннолетний возраст, уровень его психологического развития соответствовал скорее подростковому.
Он понимал, что за совершённое преступление он понесёт довольно суровое наказание, и предпринял попытку представить своё состояние как более тяжёлое — стремился имитировать симптомы шизофрении. В рамках разбирательства он дважды проходил судебно‑психиатрическую экспертизу.
В итоге ничего у него не получилось. Врачи его сразу раскусили.
Мало кто может точно имитировать симптомы той же шизофрении со всеми её признаками. Тем более что делать это нужно 24/7 в течение нескольких недель. Ведь за обследуемым будут наблюдать не только на собеседовании, но и вне прохождения тестов.
Хотя я допускаю, что если человек сам поработал психиатром и знает эту «кухню» изнутри, то смог бы при достаточном уровне упорства и самоконтроля продемонстрировать явные признаки расстройства на протяжении длительного времени. Но мне о таких случаях неизвестно.

Эксперимент Розенхана (США)

При этом, раз уж мы затронули психолого-психиатрическую тематику, не могу обойти стороной один знаменитый эксперимент американского психолога.

В 1973 году психолог Дэвид Розенхан провёл исследование, поставившее под сомнение объективность психиатрических диагнозов. Его статья «On being sane in insane places» («Психически здоровые на месте сумасшедших») в журнале Science выявила критические изъяны в системе распознавания психических расстройств.

Этап 1: госпитализация псевдопациентов

  • 8 психически здоровых людей (включая Розенхана) обратились в психиатрические больницы 5 штатов США, симулируя кратковременные слуховые галлюцинации («голоса» повторяли слова «пустой», «глухой», «стук»).
  • Все были госпитализированы. У них диагностировали психические расстройства (в основном шизофрению).
  • После попадания в стационар псевдопациенты прекратили симуляцию, вели себя адекватно и сообщали персоналу об улучшении состояния.
  • Ни один из них не был распознан как здоровый. Напротив, персонал интерпретировал их нормальное поведение как симптоматику болезни.
  • Некоторые провели в изоляции месяцы. Для выписки им пришлось признать наличие болезни и согласиться на приём препаратов.

Этот эксперимент буквально взорвал американское сообщество врачей-психиатров, и этот эксперимент был подвергнут критике и поставлен под сомнение. Тогда Розенхан пошел дальше и провел второй этап эксперимента.

Этап 2: проверка бдительности персонала

  • В одной из больниц персоналу заявили, что в течение 3 месяцев Розенхан направит симулянтов.
  • За этот период 41 реальный пациент был ошибочно заподозрен в симуляции (хотя Розенхан никого не отправлял).

Выводы эксперимента:
  1. Ненадёжность диагностики: даже опытные специалисты не смогли отличить здоровых людей от больных.
  2. Эффект стигматизации: поставленный диагноз «приклеивался» к пациенту, а его поведение интерпретировалось через призму предполагаемой патологии.
  3. Системные риски: изоляция и медикаментозное лечение применялись к людям без реальных показаний.
Однако нужно понимать, что это было довольно давно - в 70-е годы, это было не у нас, а в США, у них своя система (и система финансирования в том числе) и диагностика производилась не в рамках проверки на вменяемость при совершении преступлений. Пример приведен безотносительно к нашим реалиям.

Практика

Ещё один случай из моей практики.
Дело о побоях — по статье 116 УК РФ. Фигурантом был молодой человек, который в детстве и юности развивался без каких‑либо существенных отклонений. Однако после достижения совершеннолетия у него начали проявляться тяжёлые эпилептические приступы. Во время них он терял сознание, иногда наблюдалась остановка дыхания. Регулярное кислородное голодание приводило к повреждениям головного мозга, вследствие чего со временем у него стало прогрессировать выраженное снижение интеллектуальных функций.
На основании представленных данных было установлено, что на момент совершения инкриминируемого деяния он не мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ими.
В результате суд освободил его от уголовной ответственности, однако назначил принудительное лечение.

Известные дела

Любители тру‑крайма наверняка знают фамилию Спесивцев.
Для тех, кто не знает, рассказываю: Александр Николаевич Спесивцев — это серийный убийца.
Родился в 1970 году в Новокузнецке. Жил вместе с матерью Людмилой. Мать работала в школе, в которой он учился. Парень был очень скандальным, часто вступал в конфликты; мать всегда его защищала. Впоследствии в трёхкомнатной квартире своих родителей Спесивцев и совершал все преступления.
В 1988 году после медкомиссии в армию Спесивцев был направлен на принудительное лечение в психиатрическую больницу Новокузнецка. Потом его выпустили. В 91-ом он совершил жестокое убийство своей бывшей девушки, за что ему назначили принудительное лечение, а через три года отпустили. Далее он систематически пытал и убивал женщин и детей; плоть некоторых жертв употреблял в пищу. В совершении преступлений ему помогала мать: она завлекала жертв домой к сыну и помогала избавляться от останков.
Выйти на след убийцы долго не удавалось. Но в один из дней 1996-го в доме, где жил Спесивцев, произошел засор канализации. Сантехники пришли для обхода квартир. Александр отказался открывать дверь. Вызвали участкового — он тоже получил отказ. Тогда милиция вскрыла замок силой. Внутри обнаружили замученную девочку и фрагменты человеческих тел. Кстати, тогда Спесивцеву удалось скрыться, а поймали его только через два дня, когда он зачем-то вернулся к своему подъезду.
В последующем он признался в 19 убийствах; но по некоторым данным, количество жертв маньяка может доходить до 82 человек.
В 1997 году, после лечения, его приговорили к 10 годам лишения свободы. Через год следователи доказали причастность к еще 15 преступлениям.
В итоге маньяка снова признали невменяемым и отправили на принудительное лечение — на этот раз в Волгоградскую психиатрическую больницу специального типа с интенсивным наблюдением. По настоящее время Спесивцев продолжает находиться на принудительном лечении. Специалисты уверяют, что вероятность того, что маньяк освободится, крайне мала.
Мать Спесивцева, Людмила, получила 13 лет заключения. В 2009 году вышла на свободу и вместе с дочерью уехала из Новокузнецка.
Нельзя не обратить внимание на те психиатрические "качели" - то его признавали вменяемым, то невменяемым, после первого убийства он полечился 3 года, вышел и стал убивать систематически. А количество жертв поражает воображение.

Такое вот ужасное эхо 90-х. К сожалению такие сущности всегда были есть и будут. Но хочется верить, что с тех пор многое поменялось и в способах выявления, и в тактике поимки подобных маньяков.

Вывод

Невменяемость — это понятие не про гуманизм и не про жестокость. Это вынужденное решение. Государство выбирает между риском для общества и бессмысленным наказанием больных людей.
Более того, даже технически содержать в колонии невменяемого человека — задача не из лёгких. Именно для этого и существуют специализированные учреждения.
Если человек болен, то его надо не наказывать, а лечить. Другой вопрос, что, по словам экспертов, в большинстве случаев излечить психические расстройства невозможно. Можно лишь облегчить состояние человека. И если врачи приходят к выводу, что в этом состоянии человек всё осознаёт, понимает и способен руководить своими действиями, то его выпускают.
Но где гарантии, что через время всё не повторится снова?
2026-02-18 18:24